Стихийные эгергоры как не попасть под влияние. Ксения Меньшикова

N+1 для любого эгрегора является основой его жизнеспособности. Там, где собрались два человека, эгрегора ещё нет. Там, где собрались три человека, возник уже стихийный эгрегор, потому что у них существует интерес, а тройка — это первое устойчивое число. В нашем мире, соответственно, каждый уровень нарабатывает опыт, инструменты для того, чтобы владеть уровнями нижележащими.

Стихийные эгрегоры управляют семьями и родами. Это так называемые, например, элементы моды. Моден был в свое время в Америке бэбибум? Моден.

Как все пошли рожать. Непонятно зачем, непонятно кого, непонятно от кого, не имеет значение, главное наплодить штук 6-7.. значит всё, ты в тренде, как они называют.

На функцию деторождаемости повлияло мода. Функцией за кого выходить замуж и на ком женится управляет мода? Ещё как. Не традиция, ни правила, а именно стихийные предпочтения.

Это говорит о том, что стихийные эгрегоры стоят выше положения семьи и рода. Поэтому семья и род, буде он имеется в сфере ваших интересов, это самый низкий уровень притязаний, опять же с точки зрения эгрегориальной системы. Стихийные эгрегоры — это то, что возникает и управляет людьми на их родовых уровнях с точки зрения их семейного уклада, это идеи, которые возникли стихийно, сделали свое дело и убежали.

В советское время было очень популярна поехать завоевывать целину, это был стихийный эгрегор, вот этой культуры… это даже религия, на тот момент это даже было не государство, Красная система — это была религия, и поэтому воспринималось естественно и безоговорочно, как команда, которая обязательна к исполнению. То есть люди ломали свои семьи, создавали новые, покоряли целину, уезжали строить, то есть это было настолько нормой, что любые правила и традиции, которые, допустим, могли бы достаться по роду от бабушки и от дедушки, например, не жениться или не выходить замуж на человеке не своего клана, на человеке не своей касты, не выходить замуж за чёрненьких, не жениться на беленьких, неважно.

То есть это всё потерялась почему — потому что это было не модно. Это было неправильно, это были пережитки прошлого, пережитки старого. Стихийные эгрегоры завладели в данном случае правами на построение семьи, а значит на биологическую функцию людей.

Биологическая функция людей стала подчиняться моде, а не правилам. Эти моды естественно начали прорабатывать профессиональные и социальные структуры. Определённые профессии становились в моде.

Например, стране нужны химики, пошли все в химики. Стране нужны землепашцы, крестьяне стране нужны, все пошли в землепашцы. Социальная структура — родине нужны инженера, идём работать в инженера.

Родина требует твоего присутствия на крайнем Севере, значит едем на крайний Север. Это уже непосредственно инструкции, как жить, по каким нормам и законам. Эти новые законы устраивают социальные институты.

Если родине нужен БАМ, значит всё будет направлено вниз, спущено ради БАМа. Если родине нужны новые актрисы, потому что в послевоенное время народу надо было как-то развлекаться, как-то отходить мозгами от войны, значит объявляем дополнительный набор в новые актрисы, делаем эту профессию архипопулярной. То есть всё от потребностей.

Социальные институты естественно управляются державой. Держава нужна для того, чтобы ей выживать. А для того чтобы ей выжимать, все нижележащие должны подчиняться законам.

Чем жестче законы, тем лучше принцип выживаемости, поэтому демократические страны, если они не только декларируют, но еще и являются таковыми, как правило, долго не выживают. Текстильная промышленность, например. Культура.

То же самое здравоохранение. Короткие юбки повышают деторождаемость, длинные соответственно снижают. То есть это всё те же самые инструменты.

Но для того чтобы этот инструмент взбудоражил людей, он обязательно должен войти в конкуренцию с себе подобным. На каждом уровне существуют свои правила. Человека с высокой бытийной массой, его в конкурентную борьбу стихийных кланов не очень-то вовлечешь, почему потому что высокая бытийная масса, она сама за себя говорит — человек не инертен, то есть он не катится вместе со всеми, его поди ещё сдвинь.

Поэтому, конечно, такие люди для стихийных кланов не могут являться инструментом. Они будут общаться с людьми лёгкими, водородообразными, которые совершенно легко могут быть подвержены идее — все на Болотную площадь! Все побежали на Болотную площадь. Уходим с Болотной площади, идем куда-нибудь — и побежали все куда-нибудь.

Люди легки на подъем. То есть при этом при всём у них в головах может абсолютно всё, что они за идею, что они правы. Они управляемая толпа, этим всё сказано.

Потому что тот, кто этой толпой управляет, сидит по уровню немножечко повыше, и его так просто в эту толпу не вгонишь. Человек с высокой бытийной массой не может оседать вниз, здесь как раз обратный принцип, чем выше бытийная масса, тем более человек поднимается наверх. Если связи его семейные, например, держат его за семью, то есть как канаты, соответственно, будут внедрены стихийные эгрегоры, которые возьмут эти канатики и все отщелкнут.

Случится что-нибудь, какой-нибудь катаклизм с этим человеком, что связи перестанут быть актуальными. Он погорюет, поплачет, попереживает, что же делать, жить надо дальше. Но зато это освободит его движение наверх.

Пока он не дойдет до определённого своего уровня. При этом при всём тот человек, который дошел до уровня своих собственных притязаний, должен обязательно образовать горизонтальные связи на этом уровне, потому что в этом случае начинается взаимообмен энергией с эгрегориальными структурами, себе подобными. Таким образом люди одной бытийной массы контактируют друг с другом напрямую, укрепляют себя.

Человек, который контактирует с человеком с более высокой бытийной массой, усиливает себя. Поэтому всегда считалось в народе правильно общаться только с успешными людьми. Не хватает тебе денег — иди к богатым, не хватает тебе любви — иди к счастливым в семейной жизни, не хватает здоровья — иди к здоровым, не надо общаться с больными, не хватает тебе власти — трись возле властных структур.

Но не сиди дома, обязательно попадай в поле того, кто этой силой обладает, кто обладает бытийной массой. Сильная бытийная масса, высокая бытийная масса, человек или эгрегор с высокой бытийной массой распространяет вокруг себя огромное энергетическое поле. Чем больше бытийная масса, тем большее количество людей, эгрегоров, систем, структур он может захватить своей властью.

Понятно? Соответственно, у богов и систем самая высокая бытийная масса, у богов и сил, которые этот мир создали, демиурги. Они в свою очередь уже породили религии, религии в свою очередь порождали государства, государства в свою очередь породили социальные институты, те в свою очередь — социальные и профессиональные структуры, те в свою очередь — стихийные одноразовые эгрегоры, те в свою очередь роды и семьи. По крайней мере, в той социальной структуре, в той эгрегориальный среде, в которой мы сейчас живём.

Еще 300 лет назад было по-другому. Но так и цивилизация начала совсем в другом направлении развиваться. И скорость распространения информации была совсем другая.

И поверьте мне, всю эту систему, если вы думаете, что в Америке где-то сидит такой гений, который всё это рассчитал и внедрил, вы очень сильно ошибаетесь. Человеческому уму эта система подвластна только лишь для познания, а не для делания. Всё это порождение высших сил, которые творят здесь свои цивилизационные эксперименты.

Но об этом мы с вами говорили на Общей теории магии, кто туда ходит. В любом случае, это система, она рабочая, она существует на настоящий момент, она существует по очень жестким алгоритмам, по законам, нарушать которые никто не имеет права. Человек, который желал бы в этой системе, в этой реальности быть успешным, здоровым, богатым, счастливым и не забывать про самого себя, про свое собственное развитие, и уровень своих амбиций не понижать под влиянием внешних обстоятельств, а только лишь повышать, эту структуру должен знать очень хорошо.

И самое главное, это как таблица Менделеева — она готова. Мы можем ее только дополнять. Даже если открываются новые элементы, они находят свое место в этой структуре, потому что это структура, на структуре строится всё.