Поток творчества в магии. Ксения Меньшикова

Поток творчества — это объединение двух потоков, единое объединение любви и знаний. Творчество, которое здесь у нас опять же, как в кривом зеркале, в нашем мире проецируется этим потоком, не является даже близким его отражением, даже близким его отражением не является, потому что творчеством мы здесь называем чёрти что, в том числе и обычные ремесло. Ну я вот связал чего-то, я говорю — это творчество. А что тут нового? Потому что любое творение должно нести новизну.

А ты связала, просто одним свитером стало в этом мире больше. Но нового-то здесь что? Какую идею несет этот твой свитер, шарфы, перчатки, носочки, неважно.. Это ремесло.

У нас происходит подмена понятий, из-за этой подмены понятий мы не ищем потока творения, мы удовлетворяемся ремеслухой. Я понимаю, что я говорю сейчас вещи достаточно больные для некоторых присутствующих здесь и вообще для людей, которые прибывали в иллюзиях до определенного времени относительно собственной деятельности. Нет, любое творение — это умение создавать новизну, но создавать новизну, например, на потоке удачи, на потоки хаоса достаточно проще, чем на потоке порядка, на потоке власти.

Почему? Потому что хаос сам по себе, по природе по своей, подразумевает новизну. И это ещё не творение, это введение в этот мир какого-то нового элемента, который возможно разрушит старую систему. Когда речь идёт о разрушении, не идёт вопроса творения, потому что если для творения надо что-то разрушить, значит это не творение, это революция, а не эволюция.

Творение подразумевает изменение уже существующей системы таким способом, чтобы система сама захотела измениться, сама, добровольно. Настолько бы ей пришелся, что называется, к месту тот новый элемент творения, что всё бы пошло добровольно. Например, новое учение.

Вспомните, как зарождалось христианство. Сначала зарождалось на уровне той же доброй воли, огнем и мечом началось уже позднее. Огнем и мечом они боролись не с язычниками, они боролись с ересью, с еретиками, когда уже сама система встала, когда учение уже было сформировано.

А когда христианство только-только заходило, оно заходила как раз на совсем другом посыле, на добровольном принятии, на добровольном принятии, используя все механизмы старой системы. И простоту, и удобоваримость, и понимание людьми что это, и на аналогии с самим собой, то есть христианство, когда внедряло себя, она внедряло механизмы, не противоречащие сегодняшним механизмам любого внедрения новой идеи. И поэтому оно и было принято, поэтому оно и завоевала определенное пространство и дошло до соответствующего уровня.

Творение, введение нового элемента без разрушения старой системы. Это очень важно, но при этом таким образом, что система перестает быть прежней, она неуловимо меняется и начинает двигаться, направляется, направлять поток времени совсем в другом русле. Вот это и есть творение.

Невозможно лишь только на потоке знаний творить, поток знаний предпочитает всё раздробить на разные мельчайшие части, изучать каждую часть в отдельности, изучение, доскональное осознание мельчайших частей. Поток любви. Невозможно творить на потоке любви, потому что он предполагает соединение всего со всем бездумно, не понимая нужен этот элемент, который ты вбираешь сейчас в себя, в свою систему, в будущее, или не нужно, несет ли он в себе какие-то потенциальные изменения пространства или нет.

Скорее всего даже нет, потому что поток любви подразумевает, что ты будешь вбирать то, что в тебе есть уже однозначно, а значит никакого существенного изменения не будет. И лишь только когда поток любви и потом знания объединяются вместе, только лишь когда они формируют собой единую систему, происходит внедрение новизны в поток любви таким образом, чтобы всё, что вводится, воспринималось бы потоком любви как естественная часть себя. И когда это произойдет, когда творение само станет действительно доступно, поток любви и поток знаний должны к этому времени набрать все алгоритмы, то есть стать настолько мощными, настолько сильными, что ничем новым их не удивишь.

Поток знаний должен уметь дробить всё до мельчайших частей, до самых мельчайших, до фотонов, ну и кто сказал, что это самая мельчайшая часть? Самая мельчайшая открытая часть. А поток любви должен всё вбирать в себя без остатка и тоже добиться в этом деле совершенно виртуозных успехов, не обладая лимитами. То есть полностью снимая с себя лимиты допустимого впитывания, вбирания в себя.

Сейчас всё-таки идёт дифференциация, например, вбираю только свою нацию, не выбираю другую, выбираю мужчин, не выбираю женщин, вбираю умных, не выбираю глупых, то есть разделение, дуальность. А потоки станут совершенными только тогда, когда до мельчайшей части всё-таки доберётся поток знаний, и поток любви научится вбирать в себя всё без остатка и без исключения, не разделяя, потому что сейчас он делает так — выделяют значимое, всё остальное перемалывает и выплевывает как ненужное. Вот такого он делать не должен.

Здесь и поток знаний, и поток любви работают синхронично. Чем мельче поток знаний научится дробить, тем в большей степени потоку любви будет проще вобрать всё в себя, потому что не будет крупных элементов, которые невозможно пережевать. Я понимаю, что это аллегории, что сейчас достаточно сложно это воспринять, но всё-таки постарайтесь, потому что мы говорим о вещах нечеловеческих.

Легенды говорят нам о том, что когда единый бог хотел познать самого себя, он разделил себя на два потока — поток любви и поток знаний. Как раз на эти самые два потока. Поток знаний позволил ему раздробить себя на мельчайшие части, чтобы каждую часть рассмотреть в отдельности.

Он дал возможность каждой из этих частей, которая впоследствии стала богом, приобрести индивидуальный опыт, индивидуальные характеристики с тем, чтобы она вернулась к нему обратно, уже обогащенной. Для того чтобы эта часть божества приобретала опыт максимально обширно, божество разделило себя еще на множественное количество частей, которые стали душами людей. Соответственно чем больше человек развивает свою душу на определённом потоке, тем в большей степени он развивает и силу своего божества.

Поток любви нужен для того, чтобы потом склеить все эти вещи обратно, чтобы все видоизмененные части душ людей, сознаний, божеств вернулись опять к единому с полным познанием себя, со стопроцентным познанием себя же. Человек, который занимается творчеством и ставит творчество во главу угла, безусловно надеется, что в своей форме деятельности он станет лидером, потому что тот, кто несет собой поток творения, не может не стать лидером. Он всегда первый, а первый получает права.

Если ты творчеством называешь свое ремесло, то ожидать того, что ты станешь в этом объеме деятельности первым, крайне глупо, потому что ты не первый. Но ожидание существует, и происходит это исключительно из-за подмены понятий. Разочарование и прочие жизненные катаклизмы в данном случае неизбежны, откат будет сильнейший.

И этот откат сделает вам не кто-то там, а вы сами, самому себе, разрушив свои собственные иллюзии, разочаровавшись в происходящем.